Из кадра в реальность: десять мест в Польше, где снимали знаменитые фильмы
Роскошные виллы и замки с привидениями, живописные пленэры, сочетающие природные красоты с архитектурой, которую благодаря кино удалось спасти от забвения. Приглашаем на прогулку по самым красивым польским кинолокациям.
Замок в Огродзенце — «Ведьмак»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Замок в Огродзенце, фото: Марта Блажеёвская / AG. Кадр из сериала «Ведьмак», 2019, фото: Netflix
Picture image
ogrodzieniec_wiedzmin_ag_.jpg
Это самое древнее здание в нашем списке, однако «золотые времена» для него настали лишь сейчас — замок в Огродзенце, а на самом деле его живописные руины, появились в долгожданном «Ведьмаке». Благодаря эффектному антуражу, созданному «Нетфликсом», местом заинтересовались турагентства и сайты для путешественников со всего мира, так что спустя более шестисот лет после постройки замок в Огродзенце переживает вторую молодость.
Расположенный в шестидесяти километрах от Кракова монументальный замок известен не только по хиту под знаком Геральта из Ривии, но и благодаря… привидению, которое, по слухам, живет там уже много веков. Причем призрак этот необычный — по руинам расхаживает огромная черная собака, тянущая за собой длинную цепь. По легенде, это дух Станислава Варшицкого, бывшего хозяина Огродзенца, которого из-за скупости и жестокости к подданным черт приговорил к адскому пламени. И хотя Лукавый забрал его к себе, шляхтич упорно возвращается в свои прежние владения под видом сторожевого пса.
Церковь в Князях — «Холодная война»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Церковь в Князях, фото: Якуб Ожеховский / AG. Кадр из фильма «Холодная война», реж. Павел Павликовский, 2018, фото: Лукаш Бонк / Kino Świat
Picture image
zimna_wojna_cierkiew_.jpg
Если для замка в Огродзенце успех «Ведьмака» стал шансом превратиться в центр паломничества поклонников, то для нашего второго героя «выступление» в фильме может стать решающим для выживания. Речь о грекокатолической церкви в Князях, небольшом селе неподалеку от Люблина, рядом с польско-украинской границей.
Неприметная, полуразрушенная церковь прославилась благодаря «Холодной войне» Павла Павликовского. Здесь он снимал сцены встреч героев, в которых на экране перевоплотились Томаш Кот и Иоанна Кулиг, а также трагический финал этой прекрасной и грустной любовной истории. Кроме того, храм с провалившейся крышей воскрешает в памяти кадры еще одной культовой картины — «Пепел и алмаз» Анджея Вайды.
Церковь св. Параскевы построили в 1798–1806-е годы, а деньги на строительство дали местные князья, предки которых попали в Польшу из Молдавии или Трансильвании. Во время Второй мировой войны храм сильно пострадал, а после 1947 года, когда православное население силой вывезли из Расточья, постепенно стал ветшать. Единственными, кто переживал за судьбу здания, были местные жители. Они заботились о нем как о свидетеле истории и образце местного культурного наследия. Сегодня, после мирового успеха ленты «Холодная война», бороться за сохранение исторической церкви и превращение ее в туристическую жемчужину региона стало легче.
Горный лабиринт «Блудные скалы» — «Хроники Нарнии: Принц Каспиан»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Национальный парк Столовых гор, фото: Gerard / Reporter / East News. Кадр из фильма «Хроники Нарнии: лев, колдунья и волшебный шкаф», 2005, реж. Эндрю Адамсон, фото: Forum Film Poland Sp. z o.o
Picture image
gory_stolowe_123.jpg
Если будучи в Польше, вы захотите посетить еще и Нарнию, то у нас есть хорошая новость: это вполне возможно! Дело в том, что Нарния находится совсем близко, а если точнее — в Столовых горах. Здесь, неподалеку от чешской границы, расположен один из самых необычных скальных лабиринтов в Польше — так называемые Блудные скалы. Его красота так впечатлила новозеландца Эндрю Адамсона, режиссера картины «Хроники Нарнии: лев, колдунья и волшебный шкаф», что часть фильма он решил снимать именно в Столовых горах.
Однако реальность внесла свои коррективы. В первой части «Хроник Нарнии» Столовые горы воссоздавали в павильоне. Сценографы сначала тщательно сфотографировали скалы, а затем на новозеландской киностудии по их образцу создали кинолабиринт. Только на съемках «Принца Каспиана» съемочной группе наконец удалось посетить настоящие Блудные скалы.
Если кому-то захочется прогуляться по следам отважных героев из волшебной Нарнии — к вашим услугам туристический маршрут, пожалуй, даже более захватывающий, чем сам фильм Адамсона.
Овраг в Казимеже-Дольны — «Справочник зла»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Кадр из фильма «Киндлер и дева» («The Kindler and The Virgin»), реж. Агнешка Смочинская, новелла из цикла «Справочник зла», 2018, фото: Aurum Film / EchoWolf Productions / Timpson Films
Picture image
the_kindler_and_the_virgin_.jpg
Городок Казимеж-Дольны — один из красивейших в Польше. Многие десятилетия он притягивает писателей, художников и кинематографистов, став пристанью для людей искусства и одним из самых популярных летних курортов на Висле.
До Второй мировой войны город слыл оживленным центром еврейской культуры — более шестидесяти процентов его жителей были польскими евреями. Уже в межвоенное двадцатилетие Казимеж-Дольны привлекал кинематографистов. Именно там Михал Вашинский снял свой легендарный «Диббук». Там же были сняты «Юдел играет на скрипке» Юзефа Грина и Яна Новины-Пшибыльского с Молли Пикон в главной роли. И после войны Казимеж-Дольны служил ареной для киноиндустрии (например, для фильма Анджея Баранского «Две луны», 1993). Город до сих пор влечет служителей Десятой музы, и доказательством тому — триллер Агнешки Смочинской.
После успеха картины «Дочери дансинга» режиссера пригласили поучаствовать в международном проекте полнометражной восьмичастной антологии ужаса «Справочник зла» («The Field Guide to Evil»). Смочинская сняла короткую киноновеллу о Киндлере, герое мазурских преданий XIX века, съевшем дюжину человеческих сердец, чтобы выигрывать все судебные процессы.
«Ужасная» короткометражка снималась в том числе в Казимеже-Дольны, а его знаменитый овраг с корнями стал сценографией для самых сильных и динамичных сцен.
Вроцлав — «Шпионский мост», «Холодная война» и другие
Picture display
standardowy (864px desktop)
Вроцлав, съемочная площадка фильма «Шпионский мост», реж. Стивен Спилберг, 2015, фото: Кшиштоф Затыцкий / Forum
Picture image
most_szpiegow_forum.jpg
Среди всех польских городов, в которых снимались международные суперхиты, Вроцлав несомненно заслуживает титула мастера перевоплощений. Он побывал чешской Прагой в фильме Томаша Вайнреба и Петра Казды «Я, Ольга Гепнарова», изображал Берлин времен холодной войны в «Шпионском мосту» Стивена Спилберга и «Холодной войне» Павла Павликовского, в фантастическом триллере «Авалон» японского режиссера Мамору Осии стал центром дистопийных перипетий, а в оскароносном «Характере» Майка ван Дима — частью поистине диккенсовской истории, разыгравшейся в Роттердаме двадцатых годов прошлого столетия. Во Вроцлаве свои картины снимали великие создатели мирового кино: Питер Гринуэй и Анджей Вайда, Войцех Хас и Агнешка Холланд.
Один из красивейших польских городов сегодня привлекает кинематографистов своим очарованием и архитектурным разнообразием. В давние времена Вроцлав служил пристанью для многих польских режиссеров — именно здесь находилась Студия художественных фильмов, выпустившая такие легендарные картины, как «Пепел и алмаз» Вайды, «Нож в воде» Романа Полански, «Рукопись, найденная в Сарагосе» Хаса и «На серебряной планете» Анджея Жулавского.
Варшава: микрорайон Инфлянцкая / Служев — «Декалог»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Кадр из фильма «Короткий фильм о любви», реж. Кшиштоф Кесьлёвский, 1988, на фото: Олаф Любашенко, фото: Киностудия Tor
Picture image
krotki-film-o-milosci-kadr.jpg
Кшиштоф Кесьлёвский не любил простых вопросов, очевидных ответов и дешевых киноэффектов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что героем одного из своих шедевров — многосерийного «Декалога» — он сделал типичный спальный район, каких в Народной Польше были десятки. В интерпретации режиссера варшавские микрорайоны Инфлянцкая и Служев преобразились почти в мифические миры. В них, среди высоких серых многоэтажек с бесконечными тротуарами и тяжеловесными стеклянными дверями, стерегущими вход в подъезды, встречались и расходились герои «Декалога». Именно в таком районе молодой молочник из «Короткого фильма о любви» подсматривал за страстной соседкой из дома напротив, молодая женщина из «Декалога IV» вела опасную игру со своим отцом и с байдаркой на голове проходил Артур Барцись, ангел, принимавший различные амплуа.
Спальные районы, ставшие у Кесьлёвского микромиром, существуют в действительности и до сих пор не сильно изменились. В «Декалоге» мы могли видеть, например, озеро в Гоцлаве, урсыновский костел Вознесения Господня, больницу на ул. Линдлея и Центральный вокзал.
Недавно даже появился онлайн-гид по местам съемок «Декалога», вдохновленный кинорежиссером Наталией Корынцкой-Груз. Чтобы посетить Варшаву Кесьлёвского, достаточно лишь набрать адрес в браузере.
Гданьск — «Жестяной барабан»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Катовня (камера пыток), Гданьск, фото: Рената Домбровская / AG. Кадр из фильма «Жестяной барабан», реж. Фолькер Шлёндорф, 1979, фото: Argos Films / Artémis Productions / Bioskop Film
Picture image
katownia_ag.jpg
Гданьск всегда пользовался популярностью среди кинематографистов, причем не только благодаря своей живописной архитектуре, но и множественным контекстам. В историю кинематографа город вошел прежде всего как сценография к лентам Вайды о падении коммунистического режима: «Человек из мрамора», «Человек из железа» и «Валенса. Человек из надежды».
Однако в прошлом у города есть и выступления на международной сцене. Например, он появляется в болливудском мюзикле Атлее Кумара «Мерсал» о враче, несущем помощь беднякам, а в великолепной «Цели номер один» Кэтрин Бигелоу гданьская набережная скрывала тайную ставку ЦРУ и ее бесславные делишки.
И все же самый красивый кинообраз Гданьска создал Фолькер Шлёндорф в «Жестяном барабане» по одноименному роману Гюнтера Грасса. Фильм, получивший премию «Оскар», рассказывает о маленьком мальчике (тоже Оскаре), который, взбунтовавшись против окружающего мира, решает перестать расти. А окружающий мир — это межвоенный Вольный город Данциг, в котором пробуждаются нацистские силы. В картине Шлёндорфа можно увидеть гданьскую ратушу, костел в Гданьске-Вжеще и Угольный рынок, а в сцене, где маленький герой истошно вопит, из-за чего лопаются стекла в окнах, появляются Золотые Ворота.
Замок Ксёнж — «Долина богов» и «Дьявол»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Замок Ксёнж в Валбжихе, фото: Цезарий Войтковский / Forum. Кадр из фильма «Темно, почти ночь», реж. Борис Ланкош, 2019, фото: Адам Голец / Aurum Film / Kino Świat
Picture image
zamek_ksiaz_ciemno_prawie_noc.jpg
Построенный в 1288–1292-х годах замек Ксёнж в Валбжихе — не только один из самых древних сохранившихся польских замков, но также третий по величине. Во время Второй мировой войны здесь размещалась одна из штаб-квартир Адольфа Гитлера, а под стенами прорыли тоннели, которые до сих пор привлекают толпы любителей острых ощущений.
Бурная история замка Ксёнж и прежде всего его грозные очертания, превратили валбжискую достопримечательность в одну из излюбленных съемочных площадок кинематографистов. В «Темно, почти ночь» Борис Ланкош использовал его мрачную легенду и снял триллер, а до этого в течение многих лет Ксёнж служил сценографией для приключенческого молодежного кино. Здесь снимали многосерийные фильмы «Знак орла» и «Академию пана Кляксы». В замке разыгрывались события и более серьезных лент — Анджей Жулавский снял в нем «Дьявола», а Лех Маевский «Долину богов».
А еще в Ксёнже снимали… болливудскую комедию-боевик «Sapthagiri express» в постановке Аруна Павара.
Дворец Гётцов в Бжеске — «Большие надежды»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Дворец Гётцов в Бжеске, фото: Петр Трач / Reporter / East News. Кадр из фильма «Одержимость», реж. Абхишек Капур, 2016, фото: Film Polska Production / UTV Motion Pictures
Picture image
palac_goetzow_fitoor_en_.jpg
Создатели болливудского кино облюбовали в Польше не только Гданьск и Ксёнж. Они охотно приезжают и в очередной пункт нашего списка — дворец Гётцов, прежнюю резиденцию владельцев Пивоваренного завода «Окоцим», который находится в Бжеске, небольшом городке недалеко от Кракова. Это эффектное здание десятилетиями ветшало, а сегодня превратилось в роскошный отель и ресторан, а также съемочную площадку.
Кинематографический потенциал дворца раскрыли создатели ленты «Fitoor» — болливудской адаптации «Больших надежд» Диккенса, сделав его в 2014–2015-х годах ареной любовного мезальянса и классовой борьбы. Однако не только индийским кинематографистам приглянулось это здание. Особняк Гётцов выступал также в фильмах Войцеха Смажовского — сначала появился в «Песнях пьющих», а затем «сыграл» епископский дворец в нашумевшем «Клире», самом популярном польском хите последних лет.
Дворец Израиля Познаньского в Лодзи — от «Земли обетованной» до «Внутренней империи»
Picture display
standardowy (864px desktop)
Дворец Израиля Познаньского в Лодзи, фото: Марицш Свитульский / Alamy / PAP. Кадр из фильма «Земля обетованная», реж. Анджей Вайда, 1974, фото: Рената Пайхель / Zespól Filmowy X / East News
Picture image
ziemia_obiecana_poznanski_pap.jpg
Без этого города наш список был бы ни на что не годен. Лодзь — колыбель польского кино и одновременно киномузей под открытым небом. В этом некогда промышленном и многонациональном городе находится киношкола, где учились Полански, Кесьлёвский и Вайда, а также расположено огромное количество зданий и пленэров, знакомых нам по кинолентам — взять хотя бы «Иду» Павла Павликовского.
Конечно, вся Лодзь целиком — это гигантский памятник польскому кино, однако несколько объектов заслуживают особого внимания. И прежде всего — дворец Израиля Познаньского. Великолепный особняк XIX века, «лодзинский Лувр» — одна из самых популярных съемочных площадок в Лодзи. Здесь Анджей Вайда снимал выдающуюся «Землю обетованную», Филип Байон создавал «Арию для атлета», а Дэвид Линч — «Внутреннюю империю». В роскошных интерьерах дворца разыгрывалось действие «Персоны нон грата» Целлина Глука — картины, рассказывающей о японском дипломате, спасавшем евреев во время Второй мировой войны.