Откуда в польском языке взялись все эти диакритические знаки — точки, черточки и хвостики? Перенесемся в Средневековье. В то время писцы использовали латинский язык, который не мог передать все польские звуки. Тогда они пустились в эксперименты: буквы объединяли в диграфы и триграфы (например, буквосочетание «ch» передавало звук [ч], а «ssz» — [ш]), дорисовывали «крышечки» («š» читалось как [ш]), к мягкой согласной приписывали y (как в словах zyemya, swyat), гласные удваивали (wooz = wóz), разные носовые гласные обозначали разными символами (møøka = mąka и møka = męka). Записанные таким образом слова трудно было прочитать. Навести порядок в хаотичном мире польской орфографии попробовал было профессор Краковской академии (нынешнего Ягеллонского университета) Якуб Паркошовиц, который предположил, что каждому звуку должен соответствовать определенный знак. На практике его система оказалась настолько переполнена разнообразными графическими знаками, что ситуация только усложнилась.
Пока документы переписывали вручную, к правилам относились с известной вольностью. Проблемы появились вместе с изобретением Гутенберга. Печатники взяли дело в свои руки и доработали графику; кроме того, они начали вводить знаки препинания. Переломным моментом стало появление написанного на латыни трактата Станислава Заборовского о польской орфографии, в котором впервые появились диакритические знаки. Именно этому профессору Краковской академии польский язык обязан появлением буквы «ł» и точки над «ż». Эти нововведения так и не приняли, однако со временем предложенные им точки и горизонтальные линии над буквами доработали — тогда в польском языке появились буквы «ć», «ś», «ź», «ń» и «ó» (последняя на какое-то время исчезла из алфавита и появилась вновь только в конце XVIII века благодаря педагогу и языковеду Онуфрию Копчинскому).
Вскоре появились и хвостики. Правда, буква «ę» существовала в латыни XII века, однако так называемое «е с хвостиком» было сокращением другого диграфа. Польские печатники решили придать этой закорючке новое значение, которое сохранилось и по сей день. В свою очередь, буква «ą», обозначающая носовое [о], стала творческой новинкой. Новые трактаты об орфографии подготовили Станислав Мужиновский и Януш Янушовский, причем последний в своей работе «Новый польский характер» сопоставил свой собственный взгляд на орфографию с точками зрения Яна Кохановского и Лукаша Гурницкого. Можно сказать, что польская орфография стала настоящим полем битвы хвостиков, черточек и точек. В течение последующих столетий она подверглась нескольким реформам и уже позже наконец обрела свой нынешний вид.