В Мосьцице вырос Вильгельм Сансаль. «Мосьцице место удивительное и неповторимое, а Тарнов — какое-то эхо Кракова, который, в свою очередь, представляет собой эхо Вены», — говорил он в интервью, опубликованном в сборнике «Тарнов: тысяча лет современности».
Здесь был основан современный азотный завод, ставший частью необыкновенной урбанистической концепции. В радиусе примерно десяти квадратных километров люди обладали всем необходимым для жизни. Это был самодостаточный организм, который по большей части сохранился до сих пор. Фабрика служила местом работы и источником дохода всего района (в 70-е годы она и вовсе кормила весь Тарнов: тогда здесь работало четырнадцать тысяч человек!). Неподалеку от огромного завода возвели каменные дома, отделенные друг от друга зеленью, и виллы для рабочих. Был и дом культуры, а также Дом химика — отель, в которым останавливался президент Мосцицкий и будущий директор завода Евгениуш Квятковский; были парк, костел, торговые центры и различные конторы. Довоенный Мосьцице до сих пор остается анклавом гармоничной архитектуры и примером гуманистического использования городского пространства.
Мосьцице часто становился темой картин Сансаля. Он рисовал с черно-белых фотографий из довоенного альбома: директора фабрики Тадеуша Звислоцкого, индустриальные пейзажи... А в одном из своих произведений художник сравнивает терминал нью-йоркского аэропорта имени Кеннеди с относящимся к тому же периоду домом культуры в Мосьцице.
В городе также стоит его бетонная скульптура: памятник не случившейся ядерной катастрофе 1983 года. Во времена холодной войны говорилось, что на фабрику уже нацелились ракеты НАТО: впрочем, даже без этого близость завода казалась зловещей. На улицах района даже установили мегафоны, через которые планировалось предупреждать жителей о грядущей опасности.