«Малгожата Браунек в роли Ирены безошибочно переходила границу, отделяющую сатирическое изображение представителя определенной социальной группы от образа пожирающей мужчин женщины. В отличие от литературного первоисточника, у Вайды вернувшегося домой Влодека ждала та же судьба: жена и теща выступали в идентичных ролях “черных вдов”» (Тадеуш Любельский, «Вайда», издательство Wydawnictwo Dolnośląskie, Вроцлав, 2006).
За роль любовницы Влодека Ирены в фильме «Охота на мух» Малгожата Браунек получила звание «Звезда киносезона» на фестивале «Любуское кинолето в Лагове» (1970).
1971 — «Третья часть ночи», реж. Анджей Жулавский, две роли: Хелена, жена Михала — Марта
Магожата Браунек в фильме «Третья часть ночи», реж. Анджей Жулавский, 1971, фото: киностудия «Кадр» / Национальная фильмотека / www.fototeka.fn.org.pl
«Анджей тогда начал подготовку к фильму “Третья часть ночи”. Я была счастлива, что у меня есть возможность принимать участие во всем творческом процессе. Мне нужно было сыграть одновременно двух женщин, показать, какова суть женской натуры, и это было для меня высокой планкой. К тому же мне нельзя было подвести моего любимого. Для того времени этот фильм с точки зрения того, как он сделан и как он рассказывал о войне, был новаторским. Он ломал стереотипы, что все поляки якобы геройски рвались в бой, а русские нам в этом только помогали» (Малгожата Браунек в беседе о жизни с Артуром Чесляром, «Яблоня в саду, море близко», Издательство Znak, Краков, 2012).
«Малгожате Браунек в этом фильме предстояло быть “одним и тем же человеком” для героя, а одновременно — для зрителя — сыграть два разных персонажа: убитой немцами жены и удивительно на нее похожей вдовы некоего чиновника. Герой фильма, живший под гнетом страшных воспоминаний об оккупации, принимает молодую женщину за свою покойную жену. Эта роль требовала от актрисы большой дисциплинированности и чуткости: ей нужно было играть так, чтобы сделать реальным бред героя и одновременно дистанцироваться, акцентировать разницу между двумя этими персонажами. За исключением сцены родов Малгожата Браунек перед камерой ведет себя сдержанно, как бы олицетворяя собой хрупкость личности, подверженной насилию. В ней есть беззащитность и одновременно достоинство. Гордость и смирение» (Конрад Эберхардт, «Альбом актеров польского театра и телевидения», издательство Wydawnictwa Artystyczne i Filmowe, Варшава, 1975).
1972 — «Дьявол», реж. Анджей Жулавский, роль: невеста
Малгожата Браунек в фильме «Дьявол», реж. Анджей Жулавский, 1972, Киностудия «Кадр» / Национальная фильмотека / www.fototeka.fn.org.pl
«Я была действительно счастлива. Мы были очень влюблены. Мы еще до этого хотели ребенка. Однако когда у нас появилось это общее счастье, между нами встал дьявол. (…) Речь идет о фильме “Дьявол”, во время съемок которого Анджей находился в высочайшем творческом напряжении. Все, что было связано с работой над этой картиной, становилось смыслом его существования. А задача беременной женщины абсолютно иная. Для меня это был непростой период. Тяжело болела мама. Она лежала в больнице с диагнозом рак почки и ожидала операции. А я для Анджея была на втором месте — на первом была его работа. Я так это воспринимала. Я подсознательно чувствовала, что наши ожидания разнятся, хотя старательно пыталась этого не замечать. (…) Поскольку я обязалась несмотря ни на что сыграть в его фильме, вскоре после родов я начала ездить в Валбжих, на съемочную площадку. Мне казалось, что так нужно. В Варшаве я бегала из больницы в больницу. В одной у меня в инкубаторе лежал ребенок, а в другом мама после операции с неясными прогнозами. Тогда, пожалуй, я впервые усомнилась в смысле этой профессии. Она требовала от меня поставить на кон все. Я стала задавать себе вопрос: что для меня важнее? Я все время думала о моем [сыне] Ксаверии. После съемок я неслась обратно в Варшаву» (Малгожата Браунек в беседе о жизни с Артуром Чесляром, «Яблоня в саду, море близко», Издательство Znak, Краков, 2012).
1974 — «Потоп», реж. Ежи Гофман, роль: Оленька Биллевич
Малгожата Браунек и Даниэль Ольбрыхский в фильме «Потоп», реж. Ежи Гофман, 1974, фото: Polfilm / East News
«Ежи Гофман начал снимать “Потоп”, а пресса обсуждала, кто должен играть Оленьку. Однако Гофман был уверен в своем выборе и в том, что я оправдаю его ожидания. Эта уверенность что его видение сенкевичевской героини правильное, давала мне то, в чем я в то время нуждалась больше всего: веру и чувство безопасности, а Ежи буквально излучал энергию и энтузиазм. Примерно в такой атмосфере проходили съемки фильма, а это были долгие два года. Порой, когда Ежи был недоволен моей работой на площадке, он просто играл эту сцену, что он, впрочем, очень любил. (…) Его самое большое достоинство? Эмоциональность. Он очень чувствительный и неловкий в выражении своих чувств — он сопит и дышит сквозь стиснутые зубы. Я думаю, что женщины, в частности, актрисы, любят его исключительно за эту черту, и это свидетельствует о том, что он не циник и не манипулятор» (Малгожата Браунек в: Станислав Завислиньский, «Фильмы, войны и проделки. Беседы с Ежи Гофманом», Издательство Skorpion, Варшава, 2011).
«...Потому что у режиссера с этим [выбором главной героини] был полный кавардак. Он перебирал этих Оленек, как на базаре. Эта маловата, та великовата, эта худовата, та полновата. И в итоге выбрал единственную, которая ему понравилась. Но только ему. Например, один такой писатель — Сенкевич, он описал эту Оленьку немного иначе, но что он там смыслил в кинематографе. К тому же он не видел по телевизору Анны Болейн и прочих пяти прекрасных жен Генриха номер Восемь» (Вех — Стефан Вехецкий, «Express Wieczorny», 26–27 февраля 1972).
«Мне стали срочно искать партнершу. Еще продолжались дискуссии, Гофман еще думал, искал среди непрофессионалов, среди студенток. Безрезультатно… Тут нужна была только профессиональная актриса — такая, как Малгося Браунек. (…) Мой голос, пожалуй, тоже учитывался в этих “оленьковых” дебатах. Я отдал его за Малгосю. В то время среди талантливых девушек она была самой красивой, а среди красивых — самой талантливой. (…) Возможно, Малгосе было неприятно читать некоторые рецензии, но я считаю, что она сыграла хорошо. Малгося — это девушка абсолютно современная и для нее трудно было подобрать прическу семнадцатого века. Средневековый костюм и “милостивый государь” из ее уст для некоторых могло звучать немного недостоверно. Но одно было несомненно — напротив меня была профессиональная актриса и красивая девушка. Когда двадцать лет спустя мы вместе появились на сцене Музыкального театра в Гдыне на фестивале польских фильмов, нас — “допотопную” пару — тепло приветствовали аплодисментами.
Малгожата Браунек: “Мне игралось хорошо, даже слишком хорошо, если так вообще можно сказать. Подозреваю, что, если бы было труднее, роль могла бы стать более доработанной и интересной”» (Даниэль Ольбрыхский, «Ангелы вокруг головы», издательство Polska Oficyna BGW, Варшава, 1992).
За роль Оленьки Биллевич в фильме «Потоп» Малгожата Браунек получила звание «Звезда киносезона» на фестивале «Любуское кинолето в Лагове» (1975).
1977 — «Кукла», реж. Рышард Бер, роль: Изабелла Ленцкая
Малгожата Браунек в фильме «Кукла», реж. Рышард Бер, 1977, фото: Роман Сумик, Национальная фильмотека / www.fototeka.fn.org.pl
«Я очень люблю “Куклу”, люблю этот сериал. Я считаю, что он хорошо сделан, там отличный актерский состав — я говорю здесь не о себе, а о других; когда играешь с выдающимися актерами, это всегда большая поддержка. Я сказала бы, что это очень старательно сделанный фильм. А мне очен нравилось играть Изабеллу Ленцкую» (Малгожата Браунек в: Клаудия Иваницкая, «20 Миров, или Беседы о страсти к творчеству», издательство Wydawnictwo Burda Książki, Варшава, 2014).
«По моему мнению, это была трагическая фигура, с которой ужасно обходятся новые поколения учителей польского языка, внушающие ученикам, будто Ленцкая — зло во плоти. Такая интерпретация “Куклы” Пруса кажется ужасно консервативной, буквально родом из девятнадцатого века. Я с самого начала видела в Изабелле умную, с чувством собственного достоинства женщину, которая изо всех сил пытается сохранить мир, к которому она принадлежит, и который на ее глазах распадается (…). Ленцкая переживает драму конца эпохи, и чем сильнее хватается за принятые условности, тем болезненнее ее разочарование, когда она понимает, что этих правил салонной игры де-факто уже нет. Ей отвратительны эти новые порядки, отвратителен Вокульский. Однако она была воспитана в убеждении, что не пристало открыто демонстрировать свои чувства, в особенности женщине, к тому же незамужней. Поэтому Изабелла молчит, идет на все большие компромиссы, глубоко прячет свою горечь. Она страдает, но не умеет этого выразить.
А кто такой обожаемый массами Вокульский? Это неинтересный, не слишком внешне привлекательный, лишенный чувства юмора, бесхарактерный человек. Он сколотил состояние с помощью русского купца. И это в него должна влюбиться эта тонкая, образованная девушка? Во Франции Эмма Бовари из романа Флобера по сути является положительным персонажем или, по крайней мере, не подвергается осуждению. Измены Эммы — это реализация ее права на эмансипацию. В Польше Изабелла, которую подсовывают нелюбимому мужчине, считается испорченной и подлой. А это несправедливо» (Малгожата Браунек в: Лукаш Мацеевский. «Актрисы», издательство Świat Książki, Варшава, 2012).
1997 — «Дармоед польский», реж. Лукаш Выленжалек, роль: туристка
Малгожата Браунек, фото: Марцин Длавиховский / Forum
«Я терпеливо ждала, что меня кто-то найдет, предложит сыграть в кино. Прошло несколько лет. Я дождалась. (…) В институте я не мечтала ни об Офелии, ни о Леди Макбет. Я хотела играть в комедиях. И чем чаще мне предлагали роли в душных психологических драмах или костюмированных фильмах, тем сильнее была мечта сыграть в беззаботной комедии. В какой-то степени эта мечта сбылась лишь благодаря встрече с Выленжалеком. Он дал мне сыграть крошечный эпизод в “Дармоеде польском”, сказав: “Делай, что хочешь”. Услышав эти слова, я придумала себе парик, смешной костюмчик и космические накладные ногти. Верх блаженства. Мне кажется, из тех, кто видел фильм, узнали меня немногие. “В финальных титрах Браунек? Это, наверное, какая-то ошибка”» (Малгожата Браунек в: Лукаш Мацеевский. «Актрисы», издательство Świat Książki, Варшава, 2012).
2004 — «Тюльпаны», реж. Яцек Борцух, роль: Марианна
«Я люблю этот фильм. Он такой красивый, я бы сказала: французский. В нем рассказывается о чувствах зрелых людей, а в кино это редкость» (Малгожата Браунек в: Лукаш Мацеевский. «Актрисы», издательство Świat Książki, Варшава, 2012).
«Это был медленный процесс, со стороны могло казаться, что это массированная атака на мою жизнь, а я просто медленно плыла по течению и раз в два, три года получала предложение. Сначала я сыграла у Лукаша Выленжалека в Театре телевидения, у Магды Лазаркевич, у Яцека Борцуха в фильме, за который получила приз, причем дважды: на фестивале в Гдыне и “Орлов” за роль второго плана. Это стало для меня полной неожиданностью» (Малгожата Браунек в: Клаудия Иваницкая, «20 миров, или Беседы о творческой страсти», издательство Wydawnictwo Burda Książki, Варшава, 2014).
За роль Марианны в фильме «Тюльпаны» Малгожата Браунек получила приз жюри XXIX Фестиваля польского художественного кино в Гдыне (2004) и премию Польской киноакадемии «Орел» в категории «Лучшая женская роль второго плана» за 2005 год.
2009–2012 — «Дом у озера», реж. Адек Драбинский, роль: Барбара Яблоновская, мать Малгожаты
Малгожата Браунек на съемочной площадке фильма «Дом у озера», Тулавки, 30.10.2009, фото: Роберт Палка / Fotos-Art / Forum
«Мы снимаем на Мазурах; как правило, стоит отличная погода, и такое же настроение передается зрителям. Кто-то написал, что это сериал, в котором все время светит солнце. Я не переоцениваю эту работу, но, наверное, многим она для чего-то нужна. Она учит доброжелательности, и это укладывается в мою позитивную жизненную философию» (Малгожата Браунек в: Лукаш Мацеевский. «Актрисы», издательство Świat Książki, Варшава, 2012).
«Вдруг пришло предложение роли в “Доме у озера”. Я пришла к выводу, что у меня великолепно получается распределять время между сангхой [в буддизме означает «просветление»] и нахождением на съемочной площадке на Мазурах, так что все это как-то переплетается и не мешает одно другому. В моей жизни просто появились два отдельных течения» (Малгожата Браунек в: Клаудия Иваницкая, «20 миров, или Беседы о творческой страсти», издательство Wydawnictwo Burda Książki, Варшава, 2014).
Автор: Януш Р. Ковальчик, июнь 2014.
