Рядом курфюрст Саксонии Иоанн Георг III (в богато украшенной шляпе) восхищенно смотрит на Собеского. Чуть дальше можно увидеть баварского курфюрста Максимилиана II Эмануэля Виттельсбаха, будущего мужа Терезы Кунегунды Собеской. Он внимательно рассматривает картину в руках итальянского капуцина Марко д'Авиано, который на рассвете отслужил мессу на холме Каленберг. Как утверждал Гожковский, это был «образ Богоматери, найденный при рытье траншей для лагеря». Именно это старинную икону он позаимствовал для Матейко из имения Радзивиллов в Несвиже.
Патетическая и пышная сцена гигантского размера с четкой символикой и яркими красками была призвана произвести впечатление на зрителей, в том числе незнакомых с историей польского триумфа. Таков был замысел художника, который сознательно хотел использовать в интересах Польши язык искусства, понятный иностранной аудитории.
Матейко закончил работу над картиной 22 августа 1883 года. Уже через два дня ее выставили в краковских Суконных рядах. Затем полотно было намотано на валик и отправлено в столицу империи на празднования юбилея. Польский критик Станислав Тарновский в монографии о Матейко 1897 года писал:
В Вене старательно избегали всего польского, а Яна Собеского старались вспоминать как можно меньше. Матейко поступил очень остроумно, хоть ему и пришлось принести немалую жертву со своей стороны. Он устроил бесплатную выставку своей картины в Вене. «Вы не хотите нас вспоминать? Как хотите! Но мы отблагодарим вас вежливо и по-рыцарски, удовлетворившись тем, что вы сможете бесплатно взглянуть на картину, изображающую наше славное участие в вашем спасении». Раскусили ли это намерение в Вене, мы не знаем; но план явно удался, так как к картине стягивались толпы зрителей, которые смотрели на нее с любопытством и симпатией, с добрым чувством вспоминая короля Яна Собеского.
Матейко решил передать полотно Папе Римскому в качестве подарка от польского народа. «Туда, куда из-под Вены несся гонец с королевским письмом и захваченной хоругвью пророка [Мухаммеда], — туда мы передаем картину, где запечатлен сей памятный момент. Оттуда, из Ватикана, эта картина красноречивее, чем откуда бы то ни было еще, будет напоминать о наших незабытых заслугах, правах и мучениях», — объявил художник. Триумф в битве под Веной считался победой христианства над исламом.
Когда живописец объявил о своем намерении, некоторые возражали ему, считая, что картина со столь огромным патриотическим значением должна оставаться на польской земле. По случаю празднования 25-летнего юбилея художественной деятельности Матейко, который отмечался в том же году, был начат сбор средств на выкуп картины. Высказывались сомнения относительно того, будет ли произведение должным образом экспонировано. Тарновский отмечал жалобы, «что если картина и будет принята, то не случится ли так, что ее отправят в какой-нибудь дальний монастырь или спрячут на чердаках Ватикана».
Однако эти опасения оказались необоснованными. 16 декабря 1883 года Папа Римский Лев XIII принял польскую делегацию на торжественной аудиенции. Среди участников был сам Матейко, его критик Тарновский, который выступал во главе краковской делегации, а также известные поляки, осевшие в Риме: художник Генрих Семирадский, влиятельная аристократка Зофия Катажина Одескальки, кардинал Мечислав Ледуховский, который был посредником в контактах с Святым Престолом. Папа Римский принял делегацию очень радушно, а в своей речи благословил «весь польский народ», что посчитали выражением поддержки полякам, страдающим от разделов своего государства. Яну Матейко вручили орден Пия IX, одну из самых высоких папских наград. Картина нашла свое место в престижной части Ватиканского дворца — в зале, который с тех пор носит имя Собеского, возле знаменитых апартаментов, украшенных фресками Рафаэля. Ее можно увидеть там и по сей день.
