Прощались ли раньше со свободной жизнью, как сейчас, на мальчишниках и девичниках? Этот ритуал был важен, прежде всего, для невест. О мальчишниках источники сообщают немного, вероятнее всего, они проходили просто в форме веселой попойки в мужской компании. Прощание девушек с «прошлой жизнью» было печальным. Последнюю девичью ночь они проводили в обществе других незамужних женщин, с которыми пели меланхоличные песни. Их плач сопровождался практикой плетения венка и розги (поэтому девичник часто называли rózgowiny — ‘розговины’). Невеста и подружки плели ее из ветвей хвойных деревьев и украшали цветами, лентами и перышками. Розгу, то есть память о вольной жизни, предстояло затем выкупить будущему мужу. На свадьбе украшение следовало держать на виду, а после свадьбы его сжигали или прятали. Венок же был последним девичьим головным убором — невеста прощалась с ним во время ритуала повивания, кульминации старопольской свадьбы. Повивание, во время которого снимали венок и надевали чепец, то есть головной убор, который носили замужние женщины, — происходило в полночь под старейшую свадебную песню «Ой, хмель, хмель» (некоторые источники добавляют, что это — старейшая песня на польском языке). И этому моменту сопутствовал театральный этикет: по сути, невеста играла спектакль, оказывая сопротивление. Она плакала и срывала чепец с головы, то есть исполняла роль человека, который с сожалением расстается с прошлой жизнью. Прощанием с девичеством был также ритуал расплетания волос — дружка или жених лишал девушку косы, которую замужней женщине носить не полагалось. В отличие от наших дней, свадьба и сопутствующие ей обряды были наполнены грустью, отчасти напускной, но нетрудно себе представить, что уход из родного дома к почти незнакомому мужчине — не самое приятное переживание.
