Contra la Contra можно назвать своего рода гродненской Guernika Y Luno или Homomilitia, однако не стоит забывать об их связи с советским андеграундом 1980-х. В свое время они играли песню «Блуждающий биоробот» ленинградской группы «Ноль» — это одна из мощнейших русскоязычных экологических песен протеста. Так что есть определенная преемственность, и вопреки ощущению безысходности и социальной апатии дух протеста передается из поколения в поколение. Современные музыканты не скрывают своего увлечения альтернативной музыкой 25-летней давности. Сегодня это можно сказать о молодых популярных, но одновременно бескомпромиссных рэперах — таких как родившийся в Уфе Face. Его тексты, осуждающие системное насилие, вдохновляют сегодняшних двадцатилетних, которые становятся главной движущей силой протеста не только в России, но и в Беларуси.
Гродно очень тесно связан с Польшей, и это особенно заметно в альтернативной среде. В Гродно есть замечательный бар «Нестерка» — он находится в культовом модернистском здании Драматического театра. Там выступали многие польские музыканты, например, Siksa или Ukryte Zalety Systemu. Многие считают, что это лучший панковский бар в Восточной Европе. Но прежде всего это незаменимое место для локальных мероприятий, на которых собирается прогрессивная молодежь со всего города.
ПЗ: Мы говорили о панк-сцене, которая по определению находится вне мейнстрима, но годами в белорусской музыке складывалась парадоксальная ситуация: с одной стороны, глубокий андеграунд, а с другой — явление, которое я назвал бы «mainstream underground». Это такие группы как NRM, «Ляпис Трубецкой» или Brutto, играющие доступную музыку и очень популярные, но по политическим причинам также имевшие проблемы с живыми выступлениями.
КУ: Да, но это разные поколения, разная культурная среда и разные подходы к определенным вещам. Contra la Contra — это музыка нишевая, но одновременно универсальная, вписанная в общемировой контекст. Такие группы, как NRM, в текстах следовали белорусской интеллектуальной традиции, а в музыкальном плане это был традиционный рок, зачастую с примесью фолка. Я имею в виду традиционные славянские мелодии и фразировки — явление, популярное также в украинской рок-музыке. «Ляпис Трубецкой» когда-то был очень популярен в странах бывшего Союза, выступал на рок-фестивалях, в больших залах и на стадионах. В свою очередь, независимые белорусские группы в заграничных турах играли в школах, а на родине — в редких маленьких клубах. Но прежде всего они устраивали подпольные партизанские оупен-эйры. Звуковое оборудование и генераторы устанавливали в лесах, а анонсы распространялись из рук в руки, а позднее через мессенджеры. Милиция постоянно срывала эти концерты, но это не всегда удавалось — не так-то легко найти что-то в лесу в стране, где лесами покрыта значительная часть территории.