В Польше появляются частные школы: класс рисунка Войцеха Герсона и Школа рисунка и живописи Милоша Котарбинского в Варшаве, а также Высшие женские курсы Адриана Баранецкого, т.н. Baraneum в Кракове. В них перед отъездом постигают азы живописного мастерства Бознанская, Мела Мутер, Анна Билинская-Богданович и Анеля Пайонкувна. Однако возможности для развития в подобных школах ограничены. Бознанская на занятиях в Баранеуме умирает от скуки, копируя бесконечные гипсовые фигуры и рисунки из академических учебников.
Париж — совсем другая история. Правда, государственная École des Beaux-Arts (Школа изящных искусств) не менее консервативна, чем учебные заведения в других странах, но образование высочайшего уровня предлагает отнюдь не она. Студенток с распростертыми объятиями принимают престижные частные Академия Жюлиана (Académie Julian) и Академия Коларосси (Académie Colarossi). Основатель второй, скульптор Филиппо Коларосси, сознательно встает в оппозицию к École des Beaux-Arts. Он не просто принимает женщин (здесь учится в частности Камилла Клодель), но и последовательно продвигает новые течения в искусстве вместо того, чтобы заставлять учеников бездумно копировать мастеров прошлого.
В Париже частных художественных школ не меньше, чем кафе: помимо самых известных, их во французской столице около двадцати. Одна из них, Академия Витти (Académie Vitti), размещается в здании, где живет Бознанская. Пользуясь близостью академии, художница сама учится в ней с 1908 года. Среди студенток академии есть две польки.
