Пейзаж памяти
Чтобы создать место памяти там, где разыгрывались самые трагические события, необходимо обладать необычайной чуткостью и умением говорить об истории. Польским архитекторам и скульпторам не занимать этих качеств — доказательством могут служить мемориалы на территориях бывших лагерей смерти.
Памятник — Дорога
Исследователи сходятся во мнении: развитие архитектурно-скульптурно-ландшафтных принципов в польском монументальном искусстве началось в 1958 году, когда жюри под председательством Генри Мура объявило результаты международного конкурса на проект Памятника жертвам фашизма в Освенциме. Всего прислали 246 проектов. В финал вошли три, из которых самую высокую оценку получила работа группы архитекторов под руководством Оскара Хансена (в группе были Ежи Ярнушкевич, Зофья Хансен, Юлиан Палка, Эдмунд Купецкий, Лехослав Росинский, Тадеуш Пласота). Во время заседаний жюри Генри Мур якобы произнес: перед лицом того, что произошло в Освенциме, скульптура бессильна — разве что ее создал бы Микеланджело или Роден. Именно поэтому решили наградить проект, который был по сути абстрактным, прямо взаимодействовал с пространством всего лагеря, оперировал символом и настроением, а не буквальностью. Идея Хансена и его команды была такова: территорию лагеря должна была наискосок пересекать тропа, символически перечеркивая его. С этой строгой, черной дороги посетители осматривали бы остатки лагерных строений, которые со временем поглотила бы растительность. Сам этот жест говорил бы больше, чем какие бы то ни было монументы или запись военных событий. Ежи Ярнушкевич объяснял:
Text
В этих условиях соавтором памятника следует сделать зрителя — человека, посещающего лагерь. Наше же участие свести к роли проводника или, скорее, режиссера, начертившего путь, выделив важнейшие элементы этого драматического спектакля.
Концепция Хансена и его коллег была новаторской, ошеломляющей, ломавшей сложившуюся традицию.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Музей Аушвиц-Биркенау, фото: Оскар Гонзалес / NurPhoto via Getty Images
Picture image
auschwitz-birkenau-gettyimages-2.jpg
Несмотря на то, что идея так и не была реализована, она повлияла на позднейшие проекты других авторов, продемонстрировав, что о трагических событиях прошлого вовсе не обязательно говорить буквально; показала силу, которую несет в себе пейзаж, пространство, в меру дополненные символическими элементами.
Бетонные знаки в лесу
В 1964 году установили памятник на территории бывшего лагеря смерти в Треблинке. Авторам — скульптору Францишеку Душенько и Францишеку Стрынкевичу, а также архитектору Адаму Хаупту — пришлось воссоздать ландшафт, поскольку отходящие немцы уничтожили лагерные постройки. Этот проект также был выбран в конкурсе. Францишек Стрынкевич вспоминал:
Text
Мы понимали, что этот памятник не может быть обычной фигуративной скульптурой. Он должен отсылать к драме, передавать отчаяние и ужас.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Памятник жертвам лагеря смерти в Треблинке, фото: Анджей Сидор / Forum
Picture image
pomnik_treblince-forum.jpg
На территории в семнадцать гектаров авторы создали символический некрополь с железнодорожными путями, построенными с использованием бетонных блоков и выложенными острыми каменными тропинками с символическим кладбищем из камней, на которых написаны названия стран и городов, откуда в лагерь приходили эшелоны (один из камней посвящен памяти убитого здесь Януша Корчака). На месте крематория сейчас заполненная спекшимся базальтом яма, а участок в двадцать две тысячи квадратных метров, куда сбрасывали жертв, авторы накрыли огромной плоской бетонной плитой, окруженной семнадцатью тысячами шероховатых, острых и как бы изломанных камней. Скрытый в лесу бывший лагерь — даже несмотря на то, что в нем не сохранилось ни построек, ни инфраструктуры — производит сильнейшее впечатление. Использовав абстрактные формы, символику, пейзаж, продумав тот путь, который пройдет посетитель, архитекторы добились ощущения того гигантского масштаба трагедии, которая разыгрывалась в этих местах.
Камни возопиют
На территории освобожденного в мае 1945 года лагеря Штуттгоф в деревне Штутово недалеко от Гданьска сохранилось немногое, главным образом фундаменты. После войны было решено воссоздать часть объектов: в нескольких отстроенных заново бараках разместили выставку, восстановили ворота, сторожевые вышки, крематорий. В начале 1960-х годов на оставшейся части этого обширного пространства архитектор и скульптор Виктор Толкин (который сам был узником лагеря в Освенциме) спроектировал монумент, который открыли 12 мая 1968 года — в годовщину освобождения лагеря.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Памятник борьбе и мученичеству, Штуттгоф, фото: Михал Кос / Agencja Wschód / Reporter / East News
Picture image
stutthof_niemiecki_oboz_zaglady-en.jpg
На возвышении, предваряемом широкой площадью, Толкин установил две глыбы. Вертикальная, высотой одиннадцать метров, покрыта грубыми, как бы неотделанными барельефами, символизирующими борьбу за выживание узников лагеря. В горизонтальной, длиной около тридцати и высотой в три с половиной метра, замурован «реликварий» — сосуд с прахом убитых здесь людей (его видно через стекло в задней части монумента). Фронтальную часть этой «стены» покрывают динамичные барельефы, в которых можно увидеть очертания человеческих фигур. Так автор хотел увековечить мученичество заключенных лагеря Штуттгоф. Среди этих полуабстрактных форм скульптор разместил цитаты из стихотворения Францишека Фениковского:
Text
Звучит наш глас из поколенья в поколенье
О памяти, не мести просят наши тени!
Судьбина наша предостереженьем станет
Когда умолкнут люди, возопиют камни.
Монументальный реликварий
Виктор Толкин стал также автором Памятника борьбе и мученичеству в люблинском Майданеке. Это одна из самых монументальных скульптурных композиций во всей Польше. В 1967 году были объявлены результаты конкурса на его проект. Из ста сорока работ жюри выбрало проект Станислава Стшижинского и Юлиуша Клечека, однако в итоге установили памятник Виктора Толкина и конструктора Януша Дембека, занявший третье место. Они предложили монументальную композицию, в которой скульптурные элементы обозначают ключевые места на обширной лагерной территории.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Памятник борьбе и мученичеству в Майданеке (Люблин), фото: Славомир Ользацкий / Forum
Picture image
pomnik_walki_majdanek-forum.jpg
У входа на территорию бывшего лагеря разместили мощную абстрактную скульптуру — символические ворота. Подавляющая своей массой глыба — вдохновленная словами из «Божественной комедии» Данте о тех, кто, входя, теряет всякую надежду — простирается над углублением, узким проходом в земле, который продолжает длинная, в 1300 метров, дорога, ведущая по плоскому пейзажу. На ее конце, в месте, где во время войны стоял крематорий, авторы памятника установили мавзолей в форме опирающегося на столбы огромного купола. Купол накрывает яму, в которой собрали прах лагерных жертв. Виктор Толкин назвал мавзолей реликварием, своей формой отсылающим к римскому Пантеону.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Мавзолей и фрагмент Дороги чести и памяти, вид от ворот, фото: Войцех Пацевич / PAP
Picture image
majdanek-pap.jpg
По окружности купола проходит барельефный фриз, своей стилистикой напоминающий барельефы на памятнике в Штутгофе. Там же выкована строка: «Судьбина наша предостереженьем станет». Мощные, тяжелые глыбы толкиновского памятника должны давить, угнетать, вызывать страх. Весь ландшафт и дорога, по которой должен пройти посетитель, служат усилению в нем чувства дискомфорта, усталости, тревоги. Так авторы памятника хотели сохранить память о военной трагедии этого места.
Вдоль дороги, ведущей от ворот к мавзолею, расположены лагерные постройки — сторожевые вышки, забор, бараки. В бараках находится экспозиция, рассказывающая об истории лагеря.
Пять народов
Чтобы памятник мог увековечить память, ему вовсе не обязательно быть огромным. Важно то, где он установлен. В 1960 году краковский архитектор Витольд Ценцкевич создал памятник на месте бывшего концлагеря в Плашове на окраине Кракова. На возвышении — служившем местом казни, а до этого австрийским шанцем — архитектор разместил девятиметровую скульптуру.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Памятник жертвам фашизма в Кракове, фото: Матеуш Скварчек / AG
Picture image
pomnik_ofiar_faszyzmu_w_krakowie_ag.jpg
В пинчовском известняке Ценцкевич высек кубистскую композицию, в форме которой просматриваются силуэты людей. Геометрическая, грубо вытесанная скульптура представляет пять фигур, символизирующих пять национальностей жертв лагеря. Согбенные головы этих людей придавливает массивный карниз.
«Памятник жертвам фашизма», а именно так называется это произведение, возвышается над окрестностями, его видно издалека. Расположенный у магистрали, он оброс супермаркетами, мастерскими, хаотичной пригородной застройкой. Кажется, что на этом фоне он производит еще более гнетущее впечатление.
Embeded gallery style
display gallery as slider
Современный пейзаж
Большинство ландшафтно-скульптурных композиций в местах уничтожения было установлено в 60-е годы XX века. Однако их традиция жива до сих пор и вдохновляет современных скульпторов. В 1963 году на территории лагеря смерти в Белжеце появился скромный памятник, и лишь спустя сорок лет здесь открыли музей — место памяти, представляющее собой простирающийся вдаль ландшафт. Его проект, выбранный на конкурсной основе в 1997 году, разработали скульпторы: Анджей Солыга, Марцин Рощик и Здислав Пидек в сотрудничестве с Архитектурным бюро DDJM. Так же, как и в более ранних проектах такого типа, авторы при помощи скульптуры и архитектуры создали целостное ландшафтно-скульптурное произведение.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Музей и место памяти в Белжеце, фото: Рената и Марек Косинские / Forum
Picture image
muzeum_i_miejsce_pamieci_w_belzcu_forum.jpg
Посетитель попадает в музей через узкий проход, окруженный ржавой колючей проволокой и каменной крошкой. В тесной нише авторы разместили крупную бетонную плиту с именами первых жертв и цитатой из Книги Иова: «Земля! Не закрой моей крови, и да не будет места воплю моему». Землю, в которой упокоилось около полумиллиона жертв, накрыли слоем темного шлака. На этой мертвой земле сохранилось несколько дубов, росших здесь во время Второй мировой войны — немых свидетелей прошлого. Важный элемент композиции составляет также символическая железнодорожная платформа, представляющая собой единое целое со стеной и суровым, плоским, лишенным окон зданием музея.
Автор: Анна Цимер, апрель 2019.
Источник: Agnieszka Gębczyńska-Janowicz, Polskie założenia pomnikowe. Rola architektury w tworzeniu miejsc pamięci od połowy XX wieku, Wydawnictwo Neriton, 2010.