My name is Kowalski: польские герои Голливуда
Еврей-парикмахер из «Якова лжеца», возлюбленная Лекса Лютора из «Супермен: Возвращение», красавчик-мачо из «Трамвая „Желание”» и дерзкий пингвин из Мадагаскара… Что объединяет всех этих персонажей? Самая распространенная польская фамилия — Ковальский. У американцев есть Смиты, у немцев Мюллеры, у китайцев Ли, а у поляков — Ковальские. Они долгие годы были экранными символами польскости. Но действительно ли они похожи на поляков? Вспоминаем главных киношных Ковальских.
«Трамвай желание» — Брандо-Ковальский
Марлон Брандо, самый красивый Ковальски американского кино, в «Трамвае „Желание”» Элии Казана, фото: Warner Home Video
— Ты, здоровый, самоуверенный полячек, откуда тебе знать, что такое беспокойство? — спрашивает Бланш своего шурина в фильме Элии Казана.
— Я не полячек! Люди из Польши — это поляки, а не полячки. А я стопроцентный американец. Я родился в самой большой стране в мире, и я горжусь ею! Никогда не называй меня полячком!
Брутальный, властный и сильный — таким был самый знаменитый Ковальски американского кино. Стэнли Ковальски, в роли которого в 1951 году выступил Марлон Брандо в фильме Элии Казана «Трамвай „Желание”», был отталкивающим и соблазнительным одновременно. Этот человек не контролировал свои эмоции и постоянно пил алкоголь, но при этом, пожалуй, был самым симпатичным брутальным мужчиной американского кино.
Для Марлона Брандо эта роль стала пропуском в большое кино. Когда в 1947 году Брандо начинал играть на театральной сцене мачо-мизогина из пьесы Теннеси Уильямса, он получал 550 долларов в неделю. Четыре года спустя за эту же роль в кино ему заплатили уже 80 000 долларов, а сорок пять лет спустя за десятиминутную роль в фильме «Христофор Колумб: История открытий» режиссера Джона Глена Брандо заплатили кругленькую сумму в пять миллионов долларов — почти в десять раз больше, чем он зарабатывал в молодости за неделю.
«Гран-Торино» — Клинт Иствуд лечит расизм
Picture display
standardowy (864px desktop)
Клинт Иствуд в роли Уолта Ковальски в «Гран-Торино» фото: Warner Bros. Entertainment Polska Sp. z o. o.
Picture image
gran_torino_clint_eastwood.jpg
Стэнли был не единственным несимпатичным поляком, созданным американскими кинематографистами. Ковальски в исполнении Клинта Иствуда в «Гран-Торино» тоже был малоприятным типом. Этот старый расист постоянно рассказывал анекдоты о «неграх» и индейцах и презирал азиатских эмигрантов, которые поселились по соседству с ним.
Но в итоге Уолт Ковальски у Иствуда оказался воплощением американскости. Этот парень, который когда-то воевал во Вьетнаме, спустя годы вновь отправлялся в бой — защищать слабых. Чтобы защитить своего малолетнего мальчишку от малолетних бандитов, он готов пожертвовать жизнью. Иствуд в своем фильме ушел от изображения стереотипного образа поляка в Америке и показал, что потомки польских эмигрантов — это не только жалкие «полячки» (как, например, знаменитая семейка из «Беглеца» Эндрю Дэвиса), но и самые настоящие хранители американских ценностей.
«Исчезающая точка»: Ковальски в Польшу, Каминьский в Голливуд
Picture display
standardowy (864px desktop)
Бэрри Ньюман в роли Ковальски (имя у героя отсутствует) и Гилда Текстер в фильме «Исчезающая точка», фото: Twentieth Century Fox Film Corporation
Picture image
znikajacy_punkt_barry_newman.jpg
В фильме Иствуда ключевым реквизитом был автомобиль — форд «Гран-Торино», который Уолт Ковальски отдал своему юному другу, живущему по соседству. Киношные Ковальские вообще любят машины; их железные кони символизировали собой американские ценности. Именно таким символом стал «Додж-Челленджер» 1970 года в «Исчезающей точке» Ричарда Сарафяна 1971 года. Героем этого роуд-муви был бывший гонщик Ковальски, нанятый перегонять автомобили. Однажды Ковальски заключает пари, что доедет из Денвера в Сан-Франциско за 15 часов. И вот он садится за руль и сломя голову мчится к цели, привлекая к себе внимание полицейских, которые устраивают масштабную погоню за безумным водителем.
Спустя годы фильм Сарафяна вошел в золотой фонд классики американского кино и стал одной из самых знаменитых голливудских картин в жанре роуд-муви. Несмотря на то что Сарафян часто говорил об этой ленте в интервью, то, почему он дал герою фильма польскую фамилию, так и осталось загадкой. Понятно одно: в этом принципиальном бунтовщике много черт, приписываемых полякам. Такой анархист, для которого свобода важнее жизни, вполне мог бы жить на берегах Вислы.
С фильмом Сарафяна связан еще дин польско-голливудский акцент. Именно «Исчезающая точка» стала определяющей в выборе жизненного пути Януша Каминского, польского оператора фильмов Стивена Спилберга. Каминский увидел фильм в шестнадцатилетнем возрасте и «заболел» этой историей о непобедимом стремлении к свободе. Для молодого Каминского это была картина о мечте, за которой нужно следовать, и о препятствиях которые необходимо преодолеть. Спустя годы он вспоминал на страницах «Нью-Йорк Таймс»:
Для большинства польских ребят Америка была просто удобным местом для жизни. Я же видел в ней не столько страну изобилия, где у каждого есть свой собственный автомобиль и дом, сколько страну, где все свободны (…). Вот почему я так хотел сюда приехать.
«Бегущий по лезвию» — усатый репликант
Picture display
standardowy (864px desktop)
Брайан Джеймс в качестве репликанта Ковальски в «Бегущем по лезвию» Ридли Скотта
Picture image
lowca_androidow_2222.jpg
Ковальские почти всегда представали перед зрителем как крутые и опасные парни. Не был исключением и Леон Ковальски (сыранный Брайаном Джеймсом) в «Бегущем по лезвию». Он не обладал ни сексапильностью Марлона Брандо, ни мятежным характером Бэрри Ньюмана, зато у него были усы, благодаря которым в нем легче было обнаружить приметы стереотипного поляка.
В отличие от своих предшественников, Леон был не человеком, а репликантом, опасным квази-роботом, которого необходимо «вывести из обращения» — то есть убить. Чтобы не совершить ошибки и не умертвить человека, идентичного репликанту, охотники на андроидов из фильма Скотта проводили на будущих жертвах тест на человечность. О том, насколько опасны бывают эти исследования, и рассказывается в картине.
«Пингвины Мадагаскара» — Ковальски, пингвин Ренессанса
Леон — не последний «нечеловеческий» Ковальски. Именно эту фамилию носит один из «мадагаскарских» пингвинов. Почему у него польская фамилия? Неизвестно. Известно лишь, что это самый забавный персонаж из всей пингвиньей банды. Пингвин Ковальски — прекрасный разведчик, а также изрядный ловелас, певец, поэт и танцор.
«Гравитация» — Мэтт Ковальски, он же Мистер Вселенная
Picture display
standardowy (864px desktop)
Джордж Клуни в фильме «Гравитация», фото: Warner Bros. Entertainment Polska Sp. z o. o.
Picture image
george_clooney_gravity.jpg
Ковальски с Мадагаскара — это, несомненно, самый самоуверенный из всех экранных Ковальских. Пожалуй, даже Стэнли в исполнении Марлона Брандо мог бы позавидовать его успеху у противоположного пола. Единственным конкурентом этому черно-белому персонажу мог бы стать Мэтт Ковальски. Герой «Гравитации» (его играет Джордж Клуни) даже в нелепом скафандре остается неотразимым ухажером. Однако герой Клуни был не первым мужчиной из рода Ковальских, которые посетили космическое пространство. Ту же фамилию, но с «y» (в английском написании в конце) носил майор Чарльз Ковальски из «Звездных врат», которого сыграли Джон Дил и (в сериале) Джей Аковоне.
«Строго на юг», или Рэй Ковальски
Picture display
standardowy (864px desktop)
Каллум Кит Ренни в роли Ковальски в телесериале «Строго на юг»
Picture image
ckr_raykcar.jpg
Сериальное происхождение было и у самого симпатичного экранного Ковальского. Персонаж был создан не в США, а в Канаде. В сериале 90-х годов «Строго на юг» офицер канадской конной полиции в поисках справедливости и убийц своего отца прибыл в Чикаго, чтобы в городских джунглях дать бой гангстерам. Его проводниками по городу и преступному миру были местные копы. Среди них не обошлось без поляка, Рэя Ковальски, сыгранного харизматичным Каллумом Китом Ренни. Он быстро завоевал симпатии американской и польской публики: об этом свидетельствуют подборки сцен с его участием, которые до сих пор можно найти в интернете.
Пани Ковальска — возлюбленная Лекса Лютора
Трудно сказать, почему в толпе кинематографических Ковальских мы видим почти исключительно мужчин. Однако это так: в американских фильмах героини-польки появляются значительно реже, чем поляки-мужчины. В числе немногочисленных женщин из семейства Ковальских — Китти Ковальски, девушка Лекса Лютора (в его роли Кевин Спейси), главного врага Супермена из фильма «Супермен: Возвращение» Брайана Сингера. В исполнении Паркер Поузи это немного наивная и слегка глуповатая девушка, ставшая орудием в руках демонического злодея.
Picture display
standardowy (864px desktop)
Кевин Спейси в роли Лекса Лютора и Паркер Поузи в роли Китти Ковальски в «Супермен: Возвращение» Брайана Сингера, фото: FilmStills.net
Picture image
powrotu_supermana_kowalsky.jpg
В том, что Голливуд предпочитает Ковальских мужского пола, убедилась героиня фильма «Горячие головы!» Джима Абрахамса 1991 года. Блондинка в исполнении Кристи Свэнсон в одной из сцен говорит главному герою (Чарли Шин): «Ты крутой». На что тот отвечает: «Ты тоже!» Видимо, в кино фамилия Ковальски зарезервирована исключительно для крутых ребят типа Брандо, Иствуда и Клуни.
Источники: «Нью-Йорк Таймс», «Понять Голливуд. Уравнение с неизвестным», Дэвид Томпсон, польское издание: Twój Styl 2006.
