«Поэтесса сломанного цвета», как назвал ее критик Ян Котт, написала слова к песням, которые навсегда вошли в историю польской эстрадной музыки: «Okularnicy» («Очкарики»), «Kochankowie z ulicy Kamiennej» («Влюбленные с Каменной улицы»), «Nim wstanie dzień» («Прежде чем настанет день»), «Na całych jeziorach ty» («На всех озерах – ты»), «Zielono mi» («Зелено мне»), «Małgośka» («Малгоська»), «Nie spoczniemy» («Не будем отдыхать»), «Polska Madonna» («Польская Мадонна»), «Białe zeszyty» («Белые тетради»), «Grajmy Panu» («Сыграем вам»). Песни Осецкой исполняли популярные певцы: Марыля Родович, Эдита Гепперт, Слава Пшибыльская, Анна Шалапак, Северин Краевский, группа «Скальды» («Skaldowie»).
Агнешка Осецкая родилась в семье пианиста Виктора Осецкого и Марии Штехман, окончила факультет журналистики Варшавского университета (1956). В качестве репортера дебютировала в ежедневной газете «Głos Wybrzeża» (1954). Продолжила обучение в Высшей государственной школе кинематографа, телевидения и театра в Лодзи (1957-1962), писала рецензии на фильмы для газеты «Sztandar Młodych». Сотрудничала со многими журналами, в частности «Nowa Kultura», «Po Prostu», «Literatura», «Kultura» и «Polska».
Дебют в Студенческом театре сатириков
С 1954 по 1972 год Агнешка Осецкая была тесно связана со Студенческим театром сатириков (СТС), входила в состав его художественного совета. Именно в СТС состоялся дебют Осецкой как автора песен. Ярослав Абрамов вспоминал первый текст, принесенный Осецкой, «Балладу о художнике» («Ballada o malarzu»).
«[…] Он по-прежнему любил смотреть на рухлядь
и думал, что это чудо,
что был стакан,
обычный стакан,
золотой стакан,
чаем золотой,
на просвет золотой,
из стекла.
Он думал:
Стакан из золота,
я сделаю тебе портрет –
портрет из золота. [...]
И была жена,
его жена,
черная жена,
волосами черна,
очами черна
как ночь.
Собственно больше уже
ничего не было.
Он проснулся, встал –
и у него разорвалось сердце».
«Когда она закончила [читать], воцарилась тишина. Она села рядом с Витеком [Домбровским], который в своем свитере и темных очках сам мог быть той черной как ночь женой. На его фоне Агнешка была ясным утром. Я смотрел на ее светлые волосы, собранные в конский хвост, на красивое лицо школьной отличницы и думал, откуда же в ней столько черной меланхолии. И горькой зрелости — в ее-то девятнадцать лет. Разорвавшееся сердце художника всех нас потрясло. Это было как удар кнута».
[Jarosław Abramow-Newerly «Lwy STS-u», Wydawnictwo Rosner & Wspólnicy, Warszawa 2005]
Музыку к «Балладе о художнике» написал Станислав Млынарчик, исполняла песню Данута Ковалевская. «Агнешка Осецкая сформировала свой песенный стиль в СТС, а потом он стал популярным во всей Польше», — считал Анджей Дравич.
«В СТС Агнешка была некоторое время на вторых ролях. [...] Хотя она была человеком острого и незаурядного ума, умела найти меткое слово. [...] Ведь мы хотели быть театральной политической газетой, особенно на первоначальном этапе. Однако получилось бы очень сухо, если бы не мятежный лиризм и тепло текстов Агнешки. Мы и так порой перебарщивали с менторским тоном и сарказмом. Цветное видение нашей подруги спасало ситуацию».
[Andrzej Drawicz «Wczasy pod lufą» Warszawa 1997]
Фрагмент этюда STS-8, реж. Агнешка Осецкая, видео доступно полностью на ninateka.pl
Школа СТС
Осецкая написала для СТС 166 произведений. Музыку на ее стихи сочиняли Марек Люштиг, Эдвард Паллаш, Мацей Малецкий. Музыку к «Влюбленным с Каменной улицы» написал Войцех Солаж.
«Глаза у них голубые и серые,
в карманах два злотых на кино,
питаются хлебом и пивом,
зимой у них мерзнут руки:
Влюбленные с Каменной улицы
Колечек, цветов не дарят.
Влюбленные с Каменной улицы
Совсем Шекспира не знают.
Влюбленные с Каменной улицы
Вечерами на лестницах и в подворотнях,
Касания рук шершавых,
И так порой до утра,
В старой и мятой одежде.
Влюбленные с Каменной улицы
Путешествуют на трамваях.
Влюбленные с Каменной улицы
Боятся легавых и сторожа.
Влюбленные с Каменной улицы.
И вдруг в один прекрасный день они берут в руки факелы
И идут маршем, грязные и голодные.
“Мы хотим Ромео, — кричат девушки, —
Мы уже не вернемся на Каменную”.
“Мы хотим Джульетту, — орут парни, —
дайте нам Джульетту, сволочи, подонки”.
Идут и шумят,
Идут и кричат,
Амур тряпичный летит по улице…
...И снова тихо,
И снова темно,
И снова они возвращаются на Каменную».
Песня Агнешки Осецкой «Влюбленные с Каменной улицы» была написана для спектакля СТС «Бал-маскарад» (1958) и произвела ошеломляющее впечатление на Яцека Куроня, который спустя годы вспоминал:
«Я впервые услышал эту песню, когда умерло наше освободительное движение. Хуже того, мы сами сдались, заигрались в политику в тот Октябрь. В какой-то момент мы поняли: у Гомулки такая общественная поддержка, что у нас самих нет ни малейшего шанса. И “Влюбленные с Каменной улицы”, песня о парнях и девушках, которые мечтают о большой любви, но живут на Каменной улице, где все грязно и плохо, стала своего рода эпитафией нашему движению. Потому что в один прекрасный день они выходят на улицу, наполняются силой, крепнут… амур тряпичный летит и... вдруг гаснет свет, и Эля Чижевская монотонным голосом поет: “И снова тихо, и снова темно, и снова они возвращаются на Каменную…”. Я думаю, многие в зале восприняли это как песню о нас и обо всем, что происходило вокруг. Агнешка говорила, что каждый человек имеет право на красоту. И до сих пор для меня это песня о том, как можно обидеть обычного человека. И о том, что люди без конца нарушают права человека. Это был манифест Агнешки».
[Zofia Turowska «Agnieszki. Pejzaże z Agnieszką Osiecką», Prószyński i S-ka, Warszawa 2000]
«Очкарики»
24 марта 1963 года состоялась премьера песенного сборника «Все наше — программа минимум». В этот сборник вошла песня, которая неизменно ассоциируется с поколением СТС — «Очкарики» («Okularnicy»). Слова сочинила Агнешка Осецкая, а музыку написал Ярослав Абрамов.
«Между нам по улице
Поодиночке и группками
Снуют очкарики
C папками...
И с книжками, с записками,
С бумагами, с комплексами
И т.д., и т.п., и т.д.
[…]
И только изредка у доски
Весной какой-нибудь очкарик
Украдет у своей очкарихи
Поцелуй…
Тогда очки запотевают,
Замерзшие ладони дрожат…
Потом вместе в библиотеке,
И в столовой, и в очереди,
И т.д., и т.п., и т.д.
Уставшие, похудевшие,
С дипломами уже в кармане,
Отплывают поездами.
Потом женятся на женах.
Потом вяжут концы с концами
За эти польские две тысячи
И т.д., и т.п., и т.д.».
В беспросветные годы правления Гомулки «Очкарики» стали гимном молодой польской интеллигенции. Автор этих строк не раз повторяла, что лучшим университетом были для нее не факультет журналистики и не режиссура, а писательская практика, которую она прошла в Студенческом театре сатириков.
«В конце пятидесятых и даже в шестидесятые друзья по СТС учили меня тому, на что не обращал внимания папа: чему-то вроде общественной позиции. Анджей Ярецкий, поэт и мой тогдашний молодой человек, называл наши песенки “гражданской лирикой”. Анджей был этаким поляком из романов Жеромского. Если бы не он, я бы не написала “Очкариков”, песню, которая долгие годы была чуть ли не политическим гимном молодежи. Эту песню много раз переводили, но лучший перевод предложила Эльжбета Чижевская: “Eggheads”. Впрочем, даже если бы Эльжбета не писала, она все равно была бы поэтессой».
[Agnieszka Osiecka «Rozmowy w tańcu», Wydawnictwo Tenten, Warszawa 1992]
Работа в кино и на Польском радио
Осецкая известна прежде всего как поэтесса и автор песен, но она была еще и выпускницей режиссерского факультета Лодзинской киношколы. За время учебы она сняла девять киноэтюдов, в том числе документальный этюд «STS 58» (1959), посвященный Студенческому театру сатириков. После окончания учебы Осецкая больше не вставала за камеру.
