Жегота — это старопольская версия латинского имени Игнатий. Это слово использовали в разговорах и переписке, чтобы не говорить напрямую о евреях и помощи им — и вообще о Совете старались говорить как о благотворительной организации, так как немцев подобные учреждения не особенно интересовали. Несуществующего активиста по имени Конрад Жегота придумала писательница Зофья Коссак-Щуцкая (а вдохновением для нее послужили книги Адама Мицкевича).
Зофья Коссак-Щуцкая. Фото: Wikimedia Commons
Летом 1942 года положение евреев в Польше резко ухудшилось. Гитлеровские оккупанты приступили к ликвидации гетто на территории Генерал-губернаторства. 22 июля 1942 года началась первая масштабная акция по уничтожению евреев в Варшавском гетто — более 300 тысяч человек были отправлены в Треблинку или убиты на месте. Тысячи людей бежали в поисках убежища в польскую часть Варшавы и в другие места Генерал-губернаторства.
Тяжёлое положение таких беглецов — а их было множество — указывало на необходимость широкой и хорошо организованной помощи евреям, которая должна была распространяться по возможности на всю территорию страны. В августе 1942 года подпольный католический Фронт возрождения Польши, который тогда возглавляла Зофья Коссак-Щуцкая, издал листовку «Протест!», в которой призывал всех католиков, вне зависимости от их политических убеждений, немедленно присоединиться к помощи евреям.
Этот документ резко критиковал мировое сообщество за отсутствие хоть какой-то реакции на Холокост: «Ни слова не говорят ни Англия, ни Америка, молчит даже влиятельное международное еврейство, некогда столь живо реагировавшее на каждое несчастье своих единоверцев. Молчат и поляки […] Гибнущие евреи окружены одними лишь умывающими руки Пилатами […] Тот, кто молчит при виде убийства — становится сообщником убийцы. Кто не осуждает, тот попустительствует».
Варшавское гетто. Пешеходный мост на улице Хлодной в 1942 году. Фото: NN / wikimedia.org
В своём призыве Зофья Коссак-Щуцкая отмечала, что евреи в своей нелёгкой судьбе во время Второй мировой войны винили поляков, а не настоящих виновников геноцида — немцев.
Наши чувства к евреям никак не изменились. Мы всё ещё считаем их политическими, экономическими и идейными врагами Польши. Более того, мы отдаём себе отчёт в том, что нас они ненавидят больше, чем немцев, что считают нас ответственными за свои несчастья. Почему, что заставляет их так думать — это тайна еврейской души, но так есть, и свидетельства тому появляются вновь и вновь. Осознание этих чувств, однако, не снимает с нас обязательство осуждать преступления. Мы не хотим быть Пилатами.
Владислав Бартошевский сажает дерево Совета помощи евреям «Жегота» на территории мемориала Яд Вашем в Иерусалиме, 1963 год
Владислав Бартошевский, вместе с Коссак-Щуцкой работавший в «Жеготе», объяснял антисемитский дух листовки тем, что она была обращена к тем согражданам, которые не разделяли их убеждений и враждебно относились к еврейскому народу. Писательница подчеркивала, что в среде верующих людей не может быть никакого оправдания преступлениям, которые немцы совершали в отношении евреев: «Тот, кто этого не понимает, кто смеет примешивать к гордому, свободному прошлому Польши презренную радость от несчастья ближнего, тот не может называть себя ни католиком, ни поляком!».
Почти одновременно с этим газеты Демократической партии и Польской рабочей партии призвали евреев к организованному сопротивлению против выселения и к бегству из гетто. А 27 сентября 1942 года был создан Временный комитет помощи евреям имени Конрада Жеготы, основанный Зофьей Коссак-Щуцкой и Вандой Крахельской-Филипович. Дочь Зофьи Анна Шатковская в книге «Был дом…» рассказывает:
Основательницы имели радикально противоположные убеждения: одна была ярой католичкой, а другая не менее ярой социалисткой, бывшей революционеркой. Получив поддержку Представительства Правительства на Родине (Делегатуры), они собрали группу людей, в которой были и поляки, и евреи, люди всевозможных политических взглядов и разнообразных профессий. Все эти люди разделяли глубочайшее убеждение, что нельзя быть равнодушным к столь трагической ситуации.
Итак, при участии представителей Демократической партии появилось общественное учреждение, которое занималось координацией усилий по предоставлению помощи евреям с одобрения важнейших представителей польского и еврейского движения за независимость. А подпольная газета Делегатуры «Жечпосполита Польска» (Rzeczpospolita Polska) засвидетельствовала официальную поддержку движения, сообщая в № 18 (14 октября 1942 года):
По инициативе ряда католических и демократических общественных организаций создается Комиссия общественной помощи еврейскому народу, который столкнулся с последствиями бесчеловечного преследования со стороны Германии. Комиссия будет стремиться по мере сил и возможностей, доступных в условиях жизни на оккупированных землях, оказывать помощь жертвам гитлеровского насилия.
В октябре 1942 года был создан всепольский Совет помощи евреям со штаб-квартирой в Варшаве. В его состав вошли руководители польских подпольных организаций (Польская социалистическая партия — Свобода, Равенство, Независимость, Народная партия, Демократическая партия, католический Фронт возрождения Польши и Рабочая партия польских социалистов), а также еврейского подпольного движения (Бунд и ряд организаций, объединённых в Еврейский национальный комитет). В заседаниях Совета участвовал представитель Делегатуры, курировавший деятельность «Жеготы» в Департаменте внешних связей. Еврейский отдел Делегатуры следил за деятельностью Совета, был посредником при передаче постоянных денежных дотаций Совету из Лондона от польского правительства в изгнании, вёл документацию по вопросам положения евреев в стране, обрабатывал материалы, высылаемые Делегатурой за границу через радио и курьеров, а также представлял правительство перед еврейскими общественными и политическими организациями.
4 декабря 1942 года появился Совет помощи евреям при Представительсве Правительства на Родине. Коссак-Щуцкая отказалась войти в состав Совета: она считала, что организацией должны руководить только поляки, а не поляки вместе с евреями.
Плакат с организованной Институтом национальной памяти выставки «“Жегота“ — Совет помощи евреям» в Познани, 2018 год. Фото: Якуб Качмарчик / PAP
Первым руководителем Совета стал Юлиан Гробельный из Польской социалистической партии, а его заместителями — Тадеуш Рек (Народная партия) и Леон Фейнер (Бунд). Члены президиума Совета: Марек Фердынанд Арчиньский (Демократическая партия), Владислав Бартошевский (Фронт возрождения Польши), Адольф Берман (секретарь, представитель Еврейского национального комитета), Эмилия Хижова (Демократическая партия), Витольд Беньковский (Демократическая партия), Игнатий Барский (Фронт возрождения Польши) и Пётр Гаевский (Рабочая партия польских социалистов).
В марте 1943 года Витольд Беньковский (подпольная кличка — Венцкий) создал при Представительстве Правительства на Родине Еврейский отдел. Его заместителем на посту руководителя Отдела стал Владислав Бартошевский. Этот орган должен был передавать Совету средства финансирования и отправлять правительству в Лондоне отчёты о проведённых операциях. В комитет входило около 180 человек, в том числе знаменитая Ирена Сендлер, которая активно помогала еврейским детям.
Ирена Сендлер, санитарка во время Варшавского восстания в 1944 году. Фото из архива Янины Згжембской / East News
Совет помощи евреям мог работать благодаря нелегальному финансированию из-за границы. Среди его источников были дотации правительства в изгнании (250 тысяч злотых в 1942 году, 500 тысяч в 1943, около миллиона злотых ежемесячно в 1944 году) и денежная помощь зарубежных еврейских организаций. Совет одновременно помогал примерно тысяче людей. Каждая польская общественная или политическая организация помогала определённому количеству людей, при этом через связанные с Советом подпольные ячейки ежемесячно собирались денежные средства для евреев, скрывающихся на «арийской» стороне (то есть вне гетто). Эти ячейки создавались в тайных общественно-политических и военных организациях, а также в профессиональных объединениях — например, среди учителей, юристов, журналистов или священников.
Голодные еврейские дети в Варшавском гетто (1940-1943). Фото: Эрнст Херрманн / wikimedia.org
Специально организованное легализационное бюро Совета печатало тысячи поддельных удостоверений личности, трудовых книжек, метрик, свидетельств о браке и прочих документов, которые раздавали скрывающимся евреям, давая им возможность свободно передвигаться или даже легально работать. Осиротевших или разлученных с родителями детей отдавали в готовые их принять польские семьи или в детские дома, больницы, монастыри, воспитательные учреждения. Для больных, которые не могли легально обратиться к врачу или пойти в аптеку, был организован сбор лекарств. Как вспоминает Анна Шатковская:
Помочь еврею значило в первую очередь спрятать его, найти для него конспиративную квартиру и, по возможности, работу, выхлопотать поддельные документы; одеть, накормить, вылечить, при необходимости найти хирурга, который бы согласился его оперировать; в случае опасности быстро подыскать ему новую квартиру и т. д. Для этого нужно было участие множества людей доброй воли. Сеть „Жеготы“ покрывала всю территорию Генерал-губернаторства, вплоть до отдаленных регионов страны. Считается, что с „Жеготой“ на регулярной основе сотрудничало около четырнадцати тысяч человек.
Изначально устав Совета предусматривал исключительно благотворительную деятельность. Однако уже в 1943 году Совет «Жеготы» вёл подпольную деятельность также по таким направлениям, как противодействие шантажу, ответ на антисемитские настроения и своевременное информирование общественности.
В начале 1943 года у Совета помощи евреям появились филиал в Кракове и отдел во Львове. Благодаря этому «Жегота» вскоре смогла вести деятельность на территории десятков городов в Генерал-губернаторстве и Третьем Рейхе, в том числе в некоторых концентрационных лагерях и трудовых поселениях, где оставались живые узники-евреи (например, в лагерном комплексе Аушвиц-Биркенау и лагерях в Майданеке, Понятове, Травниках, Плашове и Пусткуве).
В Варшаве Совет помощи евреям также поддерживал различные пропагандистские начинания, которые должны были увеличить интерес к судьбе преследуемых. Стараниями Совета удалось напечатать несколько тысяч экземпляров дневника беглеца из Треблинки Янкеля Верника «Год в Треблинке», распространить документальную брошюру Марии Канн «На глазах у мира» и томик стихов «Из бездны» (под ред. Тадеша Сарнецкого), который весной 1944 года был издан Еврейским национальным комитетом.
Активисты Совета помощи евреям в апреле 1946 года во время торжественной церемонии в честь третьей годовщины восстания в Варшавском гетто. Справа налево: Пётр Гаевский, Марек Фердинанд Арчиньский, Владислав Бартошевский, Адольф Берман, Тадеуш Рек. Фото из кн.: Тереса Прекерова, «Подпольный Совет помощи евреям в Варшаве, 1942-1945», Варшава, 1982 / РАР
Совет помощи евреям действовал в Варшаве до начала Варшавского восстания, затем продолжал деятельность в сокращенном составе со штаб-квартирой под Варшавой, в Милянувеке, до 16 января 1945 года — в этот же день прекратил деятельность и филиал Совета в Кракове. О деятельности «Жеготы» напоминают, среди прочего, дерево, посаженное на территории мемориала Яд Вашем, и памятная таблица на Аллее Праведников в Иерусалиме.
Библиография
Бартошевский, Владислав. Достоверный рассказ о „Жеготе“ полвека спустя (O Żegocie relacja poufna sprzed pół wieku). - Варшава: Научное издательство PWN, 2013
Бартошевский, Владислав, Левинувна, Зофья (Zofia Lewinówna). Он с моей родины. Братские отношения во время гонений (Ten jest z ojczyzny mojej. Braterstwo w czasach pogardy). - Варшава: Świat Książki, 2007
Биконт, Анна (Anna Bikont). Сендлер. В убежище (Sendlerowa. W ukryciu). - Воловец: Издательство Czarne, 2017
Прекерова, Тереса. Подпольный Совет помощи евреям в Варшаве, 1942-1945 (Konspiracyjna Rada Pomocy Żydom w Warszawie 1942-1945). - Варшава: Национальный институт книгоиздательства, 1982
Шатковская Анна. Был дом… (Był dom…). - Краков: Wydawnictwo Literackie, 2007
Юргала-Янечка, Йоанна (Joanna Jurgała-Janeczka). Зофья Коссак. Биографическая повесть (Zofia Kossak. Opowieść biograficzna). - Варшава: Издательский дом PWN, 2014
Польский еврейский словарь. Деяния. Культура. Религия. Персоналии ( Polski słownik judaistyczny. Dzieje. Kultura. Religia Ludzie) под ред. Зофьи Божиминьской (Zofia Borzymińska) и Рафала Жебровского (Rafał Żebrowski), т. 1 и 2. - Варшава, Proszyński i S-ka, 2003
