Оригинальная концепция Петра Ожеховского «Pianohooligana» состоит в том, чтобы предпринять попытку музыкальной интерпретации Второй части поэмы Адама Мицкевича — той, где политический дискурс уступает место внутренним переживаниям и чувствам героев. Ожеховский пригласил для воплощения своей задумки несколько специальных гостей: Уильяма Басинского, Кшиштофа Книттеля, Роберта Рича, Кристиана Феннеша и Игоря Бокса из дуэта «Skalpel».
Сочиненные ими электронные композиции были противопоставлены акустическим фрагментам в исполнении High Definition Quartet. Таким образом произошло символическое разделение — на человеческую и духовную зону. Получилась межжанровая сюита, очень интересная встреча джаза с современной электроникой. Это столкновение друг с другом разных миров, где есть место и коллективным импровизациям, и лаптоповым кульминациям, выражающим совершенно разные эмоции, оказалось удачным.
LAWAAI, «Densinties, Forces, Intesities», Howard Records No.2
Войтчак / Пётрович, «Plastic Poetry», Howard Records No.3
LAWAAI, «Densinties, Forces, Intesities», Howard Records No.2 (обложка диска). Войтчак / Пётрович, «Plastic Poetry», Howard Records No.3 (обложка диска), фото: рекламные материалы
Камиль Пётрович атакует. Один из самых талантливых пианистов молодого поколения создал независимую студию. Howard Records дебютировала в 2018 году, выпустив альбом секстета Пётровича «Product Placement» — на взгляд автора этой статьи, одну из самых интересных пластинок импровизационной музыки, выходивших в последнее время на нашем рынке. Осенью 2019 года появились сразу три альбома с логотипом Howard Records: LAWAAI «Densities, Forces, Intensities», Ирек Войтчак / Камиль Пётрович «Plastic Poetry», а также очень интересный дебют квинтета гитариста Шимона Вуйчика «RASP Lovers» — «Romantic Alternative Schizophrenic Punk».
LAWAAI — это трио, которое вместе с польским пианистом образуют: датский перкуссионист Йеппе Хои Юстенсен и бельгийский контрабасист Стан Каллеверт. Они встретились два года назад в Копенгагене, сыграли два концерта и тут же записали дебютную сессию. Она вышла на магнитофонной кассете в марте 2018 года. Позже были выступления в Бельгии, Германии, Польше и... на этот раз они выпустили виниловую пластинку, которую мы и слушаем. Она объединяет три импровизированные формы: «Densities», «Forces» и «Intensities». Они интерпретированы ad libitum, через пространство, с большим количеством пауз и тишиной. Йеппе, Стан и Камиль прислушиваются друг к другу, извлекают из своих инструментов мельчайшие нюансы и детали. Производят своего рода вивисекцию живого основания акустического трио. Трио с самым нудным составом, какой только можно вообразить, но, как оказывается, трио, до сих пор не до конца использовавшего свои возможности. «Laawai» в переводе с нидерландского значит «шум». Сегодняшней музыке, происходящей из джаза, нужен такой «noise», нужны такие пластинки.
«PLASTIC POETRY» же — это встреча Камиля Пётровича с Иреком Войтчаком — саксофонистом, композитором, аранжировщиком, непоседливым представителем трехградской сцены, автором прекрасного проекта «Folk Five», ищущего параллель между джазом и фольклором (одна из лучших идей этого течения). Их импровизированная сессия была записана в ноябре 2018 года в Бельско-Бялой во время гастролей дуэта Войтчак/Пётрович по южной Польше. Это ничем не ограниченные беседы саксофона-сопрано или саксофона-тенора с фортепиано. Диалоги — интуитивные, непринужденные, естественные, иногда мудрые, заставляющие задуматься, запоминающиеся. Пластик, то есть химический продукт плюс Поэзия — синоним лирики, искусства, которое ценится превыше всего. А ведь когда соприкасаются эти два, такие далекие друг от друга мира, часто происходит что-то важное. Как на пластинке «Plastic Poetry».
«Tie Break», «The End», Agora
«Tie Break», «The End» (обложка диска), студия Agora. Концерт группы «Tie Break», фото: Гжегож Сковронек / AG
Говорят, что «Tie Break» — намного больше, чем просто ансамбль. Это состояние ума и состояние души. Их ни на что не похожая музыка всегда черпала идеи из фри, фанка, фолка и новой волны. Они ворвались на польскую сцену в восьмидесятых годах и изменили ее навсегда, хотя находились на нелегальном положении, их не существовало в коммунистических СМИ. Лишенные возможности выезжать на зарубежные гастроли, они создали вокруг себя собственную артистическую среду.
