Съедобные цветы и другие сладости
Образцы украшения традиционных польских тортов, фото из книги Войцеха Хербачиньского, отсканированная копия Culture.pl
Крошечные поющие создания были не единственным способом привлечения клиентов. Рекламные объявления расхваливали пользу употребления кофе: «кофе предотвращает апоплексию» или «чай придает блеск твоим глазам», а витрины завлекали посетителей. Самая известная в Варшаве витрина была в магазине у Каспера Семадени, иммигранта из Швейцарии. Она всегда была окружена толпой глазеющих школьников. В ней на больших тарелках были разложены карамелизированные фрукты – половинки груш, яблок, слив, абрикосов, съедобные каштаны, кусочки ананаса, приготовленные в сиропе и покрытые тонким слоем глазури; рога изобилия с золотыми монетами, небольшие цветные вазы, пирожное «мазурек», баумкухен, торты и печенье, и, наконец, съедобные произведения искусства: корзины со съедобными цветами и многослойный торт, часто в форме пирамиды, башни или дворца, украшенный шоколадом, карамелью, марципаном или трагакантом. Изысканность декора подтверждает, что производители кондитерских изделий знали толк в изящных искусствах. Легенда гласит, что когда в 1923 году румынская королевская чета посетила Варшаву, на обеде им и другим гостям было предложено, не притрагиваясь, отличить настоящие цветы черемухи от их сахарной имитации. Под всеобщий смех и аплодисменты попытки с треском провалились.
Ухоженные кондитеры
У Семадени было семь сыновей и всех их он обучал профессии шефа-кондитера. В этой профессии существовала строгая иерархия, и период ученичества под руководством мастер-шефа длился десять лет: пять лет в Польше и пять за рубежом. Во времена, когда еще не были изобретены электроприборы, для приготовления теста использовали длинную палку с венчиком. Орехи и какao бобы измельчали массивными каменными жерновами. Профессия была не только физически тяжелой, но и разносторонней – не было никакого разделения труда. Кондитеры могли работать на кухне и обслуживать покупателей за прилавком, должны были быть коротко пострижены и одеты в безупречно белую рубашку с чистым воротничком. Чтобы быть уверенным в том, что подмастерья аккуратно выглядят, Семадени пригласил парикмахера, который раз в две недели приходил в его заведение, чтобы подстричь будущих сотрудников.
Бриллианты в театре
Образцы современных шоколадных конфет фабрики «Wedel», «А вы смогли бы устоять?». Фото: пресс релиз фабрики Wedel
Семадени и его сыновья держали ряд заведений (кондитерских магазинов и театральных буфетов) в Польше и Украине. Самое известное их заведение находилось в здании варшавского Большого театра. Представьте большую комнату с массивной мебелью темного дерева, обитой плюшевой тканью, темные шторы, подвязанные шнуром по обе стороны двери, мраморные столешницы, старинные часы, большое зеркало в черной раме на стене, и хозяин – Лоран Лурс – незадолго до своей смерти. Было мрачновато, но всегда оживленно. В магазин можно было попасть прямо из театра, что позволяло мужчинам в антракте покупать коробочки с шоколадом для свиданий. Приглашение в театр и коробка конфет от мужчины? Я искренне сожалею, что этот обычай не сохранился. Самые роскошные конфеты назывались «ограненные алмазы» – бриллианты.
Юбилейные торты
Пример юбилейного торта сравнительно недавнего
прошлого – Марлен Дитрих и Эрнст Любич празднуют
25-летие их первого фильма, фото:
Национальный цифровой архив / www.audiovis.nac.gov.pl
Кондитеры, их кондитерские магазины и продукция были неразрывно связаны с текущими политическими событиями. Когда Польша вновь обрела независимость после Первой мировой войны, Семадени изготовил торт в честь этого события. Он существенно превосходил современные торты, выпекаемые по случаю каких-либо событий – это было настоящее произведение искусства. На фоне шоколадных Карпатских гор белые орлы (символ Польши), изготовленные из трагаканта, с настоящими белыми перьями, прикованные к карамельным пограничным заставам, вырываются из оков. У поляков при виде этой сдообной скульптуры слезы наворачивались на глаза. Учителя специально водили учеников смотреть на торт. Кондитерская Семадени и Большой театр («Pod Filarami») сгорели во время Второй мировой войны. Когда театр был перестроен в 1965 году, внутри уже не нашлось места для кондитерского магазина.
Подготовка восстания за чашкой кофе
Кофейни были местом встреч после, а также в преддверии больших исторических событий. За тускло освещенными столиками поляки готовили национальные восстания. Несмотря на постоянную бдительность полиции и внедрение шпионов, именно в кафе был разработан план ноябрьского восстания (1830–1831 годов). Восстание началось, когда молодые польские офицеры местной Военной академии Армии Конгресса Польши во главе с лейтенантом Петром Высоцким восстали против Российской Империи. Вскоре к ним присоединились широкие слои польского общества.
Несмотря на некоторые локальные успехи, восстание было подавлено численно превосходящей русской армией. В преддверии мятежа кафе были открыты для всех в любое время дня. Это были места, где единомышленники – студенты, преподаватели, государственные служащие и журналисты – могли встретиться и обсудить политику и литературу. В Варшаве было несколько таких кафе, в которых готовились восстания. Среди них была кофейня Балди на Длугой и кофейня пани Бжезинской, на Козьей. В этом небольшом кафе всегда был широкий выбор газет и хороший кофе, приветствовались посетители, пришедшие сюда почитать. Именно здесь Фредерик Шопен прощался со своими соотечественниками перед отъездом во Францию. В своей книге «Литературные кафе в Варшаве» Владислав Войчицкий пишет: «Накануне своего отъезда он зашел выпить кофе к Бжезинской, а вечером посетил Национальный Театр на площади Красинского, там я и увидел его в последний раз».
Вещи Шопена
К счастью, память о Шопене сохранилась в его музыке. Его вещи, бережно хранившиеся младшей сестрой композитора Изабеллой Барчинской во Дворце Замойских на Новом Свете, сожгли русские солдаты в 1863 году. Налет состоялся после того, как из окна дворца бросили бомбу в графа Теодора Берга, наместника царя в Королевстве Польском. Солдаты ворвались в помещение и уничтожили внутри все, включая портрет Шопена, его кофейный сервиз, переписку, диван, ковры и самое главное – фортепиано. Кстати, во Дворце Замойских когда-то было кафе, принадлежащее одному из учеников Лесселя.
Многие кафе были разрушены во время войны, другие предназначались исключительно для немцев, в некоторых из них базировалось подпольное движение сопротивления. Послевоенные заведения помогали восстановить утраченые связи между людьми. Сегодня в варшавских и краковских кафе вновь бьет ключом яркая культурная и общественная жизнь.
